Он предложил мне сигарету, я не отказался.

– Это тоже одна из идей Диаса? – спросил я, протягивая зажигалку.

Энжерс помедлил, прежде чем поднес сигарету к пламени.

– Почему вы так думаете?

– Мне кажется, тут есть общее с «уголком ораторов» на Пласа-дель-Сур. Дама, с которой я познакомился вчера вечером, говорила мне, что это предложение Диаса.

Ответом мне снова была вынужденная улыбка, правда, несколько шире предыдущей.

– Да, тут мы, пожалуй, имеем дело с одним из самых эффективных общественных начинаний. – Энжерс отметил что-то в блокноте, лежащем на письменном столе. Он пользовался ручкой с тонким пером, заправленной светло-синими чернилами.

– Я спрашиваю из чистого любопытства. Объясните мне, пожалуйста, что произошло вчера после обеда на Пласа-дель-Сур? В газетах есть сообщения, но мой испанский, к сожалению, еще не на уровне.

Энжерс, глядя мимо меня, задумчиво затянулся.

– Там не все отражено правильно, – наконец сказал он. – «Тьемпо», как и следовало ожидать, многое исказила и преувеличила. И конечно, речь там шла о наименее важном аспекте проблемы, с которой связана ваша деятельность в Вадосе.

– Ах, даже так?!

– Да, я постараюсь, насколько смогу, познакомить вас с ситуацией. Она достаточно сложная и многоплановая. Но в общих чертах я попробую вам ее изложить.

Он потянулся к настенной карте и, дернув за шнур, развернул ее.

– Вы, наверное, уже знакомы с историей Сьюдад-де-Вадоса? – добавил Энжерс, бросив на меня беглый взгляд.

Я кивнул.

– Прекрасно. В таком случае вам, видимо, известно, что планировка города тщательно продумана. Принятие же законодательства, затрагивающего интересы граждан, всегда дело сложное, особенно если это касается местного населения, которое не отличается сговорчивостью.