– Кажись, знаю его, – пробормотал я, будто Дворецкому не все равно. – Ладно, нехай живет!

Встав из-за пульта, я потянулся, с удовольствием напрягая мышцы. Затем набросил на плечи просторную рубаху и без спешки прошлепал ко входу, распахнув дверь за миг до того, как в нее попытался стукнуть незванный гость.

– Здрас-сь, – промямлил он, опуская вздетую было руку. – А это я! – И расплылся в дурацкой ухмылке, вполне ему подходившей.

Радость какая: наконец и к нам пожаловал Лазер. Зацепенев, шаромыга глядел на меня точно на гору, грозящую обвалом. К опаске примешивалась зависть, даже преобладала. Не виделись мы давно, и за этот срок я сделался одним из самых здоровенных в губернии – чего, собственно, и добивался. Если прибавить к сему обширный арсенал навыков, почерпнутый из Океана, да отменное техобеспечение, мало-помалу собранное в моем гнезде… А у Лазера ни первого, ни второго, ни третьего. Где справедливость?

– Какого черта? – проворчал я. – Почему без звонка?

– Сюрприз! – ухмыльнулся гость. – Давно хотел тебя проведать.

По его нечистому, угреватому лицу катился пот, и на меня извне дохнуло зноем. В моих-то комнатах всегда прохладно, словно в подводной глубине.

– А уж как я тебя ждал!..

Следовало бы послать этого хмыря подальше, да еще придать ускорения пинком под зад, но… требовался повод.

– Ну, входи, – уступил я, кляня себя за мягкотелость. – Если не боишься.

У Лазера хватило ума промолчать, не ерепениться на пороге, через который еще могли не пустить. Вот затеять свару в доме, наплевав на приличия… Н-да. «Невольник чести» – это и про меня.

– Двигай в комнату, – сказал я, с брезгливостью глядя на его обувь. Конечно, можно заставить гостя разуться, но не оказалось бы еще хуже.

Понурясь, Лазер затопал по коридору впереди меня.