Молодой человек верил в свою звезду и не сомневался, что быть ему новым Адалидом, но для начала следовало попасть в армию и на войну. С первым решилось на удивление просто, но войны не предвиделось. Жаль, но ничего не поделаешь! Хайме пару раз щипнул то место, на котором предстояло появиться усам, и присоединился к повозке, вернее, к ехавшим рядом с ней офицерам и местному сеньору. Имя муэнца, как назло, вылетело из головы, но именно он приветливо улыбнулся и заставил солового шагнуть в сторону, освобождая место еще для одного всадника.

— Вы ведь впервые в наших краях, не так ли? — на правах старшего осведомился муэнец.

— Да, сударь, — подбоченился Хайме, — но, надеюсь, не в последний. Когда дойдут руки до Бутора, Муэны не миновать.

— Вижу, вы жаждете крови? — подмигнул Себастьян Доблехо. — Со временем это пройдет. Годам эдак к шестидесяти.

— К пятидесяти. — Мануэль Альфорка, которого друзья чаще звали Маноло, не мог не спорить. — В любом случае у Хайме до успокоения прорва времени.

— О да. — Доблехо развернулся к муэнцу. — Дон Луис, да будет вам известно, что сей юнец вступает в наш полк.

— От всей души поздравляю! — Дон Луис был сама сердечность, и юноша едва не кинулся к нему на шею. — Насколько я понял, вы родственник герцога?

— Я — брат Инес! — выпалил Хайме, прежде чем сообразил, что провинциал вряд ли знает сестру.

— Хайме — шурин нашего полковника, — уточнил Альфорка. — Надеюсь, ты знаешь, что с тебя обед персон на двадцать?

— Разумеется. — Будущий полководец небрежно пожал плечами. — «Повелитель обжор» подойдет?