В то время как Катя подошла к тонконогому дамскому бюро, на коем возлежала упомянутая ими вещь книга, и с вожделением прикоснулась пальцами к черному перелету.

— А еще мы должны каждую ночь дежурить на Старокиевской горе, — влезла Чуб.

— Даша! — разозлилась наконец Дображанская.

— Это важная поправка, — не сдалась та.

— Я к этому и веду! — отчеканила Катя. Она по-прежнему не отрывала пальцы от книги, словно прикосновение к ней доставляло ей непреодолимое удовольствие, которого она не в силах себя лишить. — Я перечислила «плюсы»: власть, золото, квартира в центре… Но есть и «минусы». Как верно заметила Маша, мы — Киевицы. Мы владеем этим Городом и защищаем его. «Киев властвует над нами, так же, как и мы над ним» — так написано в Книге. В частности это выражается в том, что мы обязаны каждую ночь дежурить на нашей горе, «чтобы завидев на небе красный огонь полететь туда». Туда где нужна наша помощь.

— Ну а я что сказала? — обиженно буркнула Чуб.

— Тем не менее, — продолжила Катя, — прошлую ночь мы просидели там совершенно зря. На небе ничего не загорелось. зажглось.

— И что ты теперь предлагаешь? — с вызовом спросила Земплепотрясная Даша

— Я не предлагаю, — с удовольствием выправила ее Катерина, — а выношу на обсуждение. Быть может целесообразней дежурить по очереди? Еженощные дежурства — изматывающая вещь. А у меня бизнес. У Маши послезавтра экзамен. Только ты у нас можешь спать по полдня, потому что нигде не работаешь.

— А как мне работать? — возмутилась взорвалась Земплепотрясная. — Я ж работала в ночном клубе. По ночам! А теперь все ночи заняты! И если завтра что-то где-то опять загорится, дни тоже пойдут по боку. Это ты у нас сама себе хозяйка. А Маша — во-още студентка. Экзамены сдаст и каникулы! А кто будет держать на работе певицу, которая в любую минуту может скакнуть со сцены всех кинуть, и умчаться спасать город?