- Луис, сделай что-нибудь! Ты можешь что-нибудь сделать?

- Сперва надо вырвать жало, - донесся сзади голос, растягивавший слова. Точно. Сперва вырвать жало и приложить немного гашеной извести. Шишка спадет. - Говоривший обладал таким сильным восточным акцентом, что некоторое время смущенный Луис не мог понять о чем речь. "Перва надрвать жал иприложить немногопогшеной звести. Шка падет".

Луис повернулся и увидел старика лет семидесяти - крепкого и здорового семидесятилетнего старика. Он носил синюю рубашку-поло, открывавшую морщинистую шею с толстыми складками. Обожженное солнцем лицо; и еще он курил сигареты без фильтра. Когда Луис посмотрел на него, старик закончил разминать сигарету между большим и указательным пальцами и ловко положил ее в карман. Протянув руку, он слегка улыбнулся.., улыбка понравилась Луису; старик был не из тех, кто "располагает" к себе.

- Вам виднее в ваших делах, док, - сказал он. Вот так Луис встретил Джадеона Крандолла, человека, который стал ему как отец.

Глава 3

С противоположной стороны улицы старик видел, как они приехали, и пришел посмотреть, не может ли он чем-то помочь, когда у них возникли "мелкие трудности", как он называл их.

Пока Луис держал мальчика на руках, Крандолл подошел ближе, осмотрел опухоль на шее Гаджа и вытянул грубую, кривую руку. Речел открыла рот, чтобы запротестовать - рука старика выглядела ужасно неловкой и почти такой же большой, как голова Гаджа - но прежде чем Речел успела что-то сказать, пальцы старика сделали простое, уверенное движение, такое же стремительное и ловкое, как движение шулера, тасующего колоду карт, или наперсточника, играющего шариками. И жало оказалось на ладони у старика.

- Большое, - заметил старик. - Приза не возьмет, но медаль вручить можно, так я считаю. - Луис взорвался от смеха.

Крандолл взглянул на него с плутоватой улыбкой и сказал:

- Храбрец, не так ли?

- Что он сказал, мамочка? - спросила Елена, и тогда Речел тоже взорвалась от смеха.