Ох, и ругались же на меня старейшины, когда мы в поселок прибыли! Зачем, говорят, мамонта мучаешь! Сами-то лоурины уже собачьи упряжки освоили. Впрочем, как сказать… В зиму катастрофы мы все тут от голода загибались: не только почти всех собак съели, но и… Лучше об этом не вспоминать. Волкам в степи тоже туго пришлось. Нам повезло как-то раз — наткнулись на стадо овцебыков. Жалко зверей, конечно, но пришлось все стадо выбить — людей кормить надо. А потом — возле бычьих туш — я с волками чуть не поссорился. Степные волки, вообще-то, на людей не нападают, но тут случай особый: люди Закон жизни нарушили! В том смысле, что всю добычу себе забрали. Ну, подошла стая, точнее, ее остатки, и пришлось мне с вожаком объясняться: я с голодухи еле на ногах стою, он тоже, но волки все-таки звери… В общем, застрелил я того вожака из арбалета и помирать собрался: перезаряжать сил нет, а посохом драться — тем более. Но оказалось, что в этой стае второй по «крутизне» после вожака мой старый знакомый — я его Волчонком зову, хотя он давно взрослый. Договорились: я вроде как занимаю место убитого волчьего лидера, и, соответственно, получаю право (и обязанность) делиться с ними добычей. Меня это устроило, и собак — две суки у нас всего осталось — я волкам как бы отдал, и они их приняли, не загрызли. Потом — уже летом — эти псины в поселок со щенками вернулись. В общем, у нас тут волкочеловеческая стая образовалась. Правда, чистокровные волки или полукровки, которые волками уродились, ради еды в упряжке ходить не любят — гордые очень.

Вторая зима после катастрофы прошла почти нормально — ты вот родился, и Пит, и еще кое-кто. А весной случилось такое, о чем я и мечтать не смел — металл нашли. Точнее, железный метеорит. Радость, конечно, большая, но поначалу намучились: как с металлом без металлических инструментов работать?! Головастик мне тогда сильно помог — он и правда вундеркиндом оказался. Теперь он у нас главный по «магии металла». А магия — это дело такое…