Звали его Петр Юрьевич Шмака. Жена подрабатывала поломойкой в соседнем магазине и должна были прийти с минуты на минуту, поэтому в комнату Новиков приглашен не был. Оно и понятно - жили Шмаки бедновато.

   - Как вы познакомились с Лопатиным? - спросил Новиков.

   - Да подвёз как-то. Шибко торопился парень, когда голосовал - чуть под колеса не угодил.

   - Куда подвезли, не помните?

   - Помню. В Чертаново.

   - Короче - подвезли и на этом расстались, - сказал Новиков. - А по какой причине встретились во второй раз? В третий?

   Шмака потеребил свой вислый сизый нос (видеть, не брезговал лишний раз приложиться к бутылке), хитро прищурился и произнес:

   - А откуда вам, господин хороший, известно, что я встречался с ним во второй и третий раз?

   - Служебная тайна.

   - Так вот, если бы вы не торопились, юноша, я бы и сам всё рассказал.

   Шмака говорил неторопливо, без намека на укор, но чувствовалось - что-то в поведении Новикова его задело. Экие все стали обидчивые.

   - Я не такой дурак, как вы думаете, поэтому прошу не перебивать, - продолжал он.

   - Лады, - дружелюбно ответил Новиков и примиряющее улыбнулся, но при этом подумал: где же я его перебил?

   - Думаете, если шоферюга, то обязательно дурак? - осведомился Шмака, выпуская последний пар. - С самим Виктором Степанычем беседовал - и ничего, понимали друг друга.

   - Ну и как он, в смысле Виктор Степанович? - с интересом спросил Новиков.

   С ними, с неудачниками, у которых амбиций выше крыши, нужно вести себя именно так - мягко, с приветливой улыбочкой, показывая полную заинтересованность. Шмака наверняка сам себя загнал в пятый угол - возил одного из богатейших людей мира, у которого руки по локоть в золоте, а когда подошел возраст и никому он стал не нужен, оказалось, что в кармане вошь на аркане.