В устройстве города также кое-что изменилось: жители стали ещё сплочённее и подозревали, что Магия не покинула Северинг. Место погибшего Берена Грайта занял Трислов из человека, гнома и орка, избранный методом голосования. Аким, неожиданно для себя взлетевший по званию, отвечал за безопасность Северинга, Сидор заправлял торговлей, а Кирим оказался неплохим экономом и ведал делами внутренними. На побегушках у них был десятилетний орчонок-полукровка Рорэн, и именно он принёс в середине краснодола письмо, без которого эта история точно бы не случилась.

— Голубь, во! — хрипловатым тенорком оповестил Рорэн, тыча Алессе в лицо насмерть перепуганной птицей. — Из Рравенны. Вам. Голубь. Во!

— Мзду лучше курицей плати, а письмо дай сюда, — степенно ответила знахарка, хоть сердце так и прыгало.

— Не-а, пляшите!

Алесса радостно удивилась. Облокотилась о косяк и ткнула пальцем в правое ухо мальчишки. Впрочем, тот уже перерос её на полголовы, да и выглядел старше своих лет, как все дети-орки.

— Рорэн, да у тебя чирей никак сам по себе прошёл?

Зелёная мордочка обижено вытянулась.

Голубь, уже смирившийся с положением и безвольно свесивший голову, не шевельнулся, когда Алесса отматывала послание. Даже лапку сам вроде как протянул.

Нарочито медленно вернулась за стол, где курганом над павшим бойцом возвышалась болотная чернокрылка — прошлогодняя сушёная ягода как раз от тех самых чирьев. Сперва Алесса обнюхала непромокаемый кожаный чехольчик. Куда там! От Вилля ничего и не осталось, всё перебил запах птицы.