Телефон не унимался. Я робко протянула руку к трубке.

— Алло, — еле слышно выдохнула я. Затем, прочистив горло, произнесла более уверенно: — Алло.

— Могу я поговорить с Джулией Уоллис? — осведомился приглушенный шепот на другом конце провода.

Не будь мои волосы заплетены в косу, они наверняка встали бы дыбом.

— Что? — переспросила я дрожащим голосом.

— Джулия… — прошептал звонивший.

И в ухо мне забили короткие гудки.

Я стояла, словно громом пораженная, сжимая в руке трубку. Тут дверь дамской комнаты открылась, и из нее вышла Салли Эллисон.

Я пронзительно взвизгнула.

— Боже всемогущий, Ро, неужели я так жутко выгляжу? — в недоумении спросила Салли.

— Нет-нет, вы тут ни при чем. Это все телефон, — бормотала я, едва сдерживая желание разразиться рыданиями.

Салли наверняка решила, что я повредилась в рассудке. Эта энергичная и умная женщина, которой давно уже перевалило за сорок, работала в городской газете Лоренсетона. Вне всякого сомнения, она была отличным журналистом. В ранней юности Салли сбежала из дома с каким-то парнем, за которого вышла замуж. Рождение ребенка положило конец этому скороспелому браку. Отпрыск получил имя Перри, и мне выпало сомнительное удовольствие сначала учиться с ним в одной школе, а потом работать в одной библиотеке. Откровенно говоря, я ненавидела верзилу Перри. Но его мамаша мне нравилась, хотя порой ее профессиональная манера беспрестанно сыпать вопросами сводила меня с ума. Кстати, одной из причин, заставивших меня так тщательно подготовиться сегодня к выступлению, было стремление не ударить в грязь лицом перед Салли.

Выслушав мой сбивчивый рассказ, она, по обыкновению, обстреляла меня вопросами и уверенно вынесла вердикт: звонок — не более чем идиотская выходка кого-нибудь из членов клуба или же их малолетних отпрысков. После того как Салли все расставила по местам, шутка начала казаться мне даже забавной.