Хлынул ливень. В серой пелене его утонуло небо, и вспенилась земля от ударов тяжелых струй.

 - Идем! – крикнул вождь, хватая мальчика за руку и притягивая к себе. – Ты пойдешь со мной! Мы не должны задерживаться в пути. Я чую, уже чую его. Он близко. И скоро освободится.

 Кхорх не слышал слов старика, тонувших в шуме воды и вое ветра, но понимал, о чем тот говорит. Он тоже чувствовал близость чего-то страшного, но оттого еще более манящего.

 Дождь выдыхался, и косые мутные струи уже не хлестали с таким напором. Но там, в вышине, где бежали изорванные в клочья грязно-серые с багряными краями тучи, еще  бесновалась буря. Она шла поверху, не достигая промокшей земли и людей, бредущих к скалистой гряде, что разделяла земли Кифры

 - Там! – Хэт ткнул клюкой в сторону островка из камней, криво торчавших среди неоглядной пустоши. – Вы будете ждать там! – он остановился, оборачиваясь к отставшим соплеменникам. Несмотря на возраст и видимую дряхлость, старик, насчитывал сто четыре осени от рождения и был полон жизненных сил. На морщинистой, худой и грязной шее его всегда болтался амулет из нефрита. «Это - источник молодости и извечной чистоты», - так говорил он сам, похваляясь своей живучестью. Теперь же прозрачно-голубой камень был надежно спрятан под леопардовой шкурой, что  прикрывала костлявый торс вождя малусов. Он никому не хотел показывать темное пятно, проступившее внутри священного оберега.

 - Ждать чего, старейший? – Илех подошел первым и упал возле его ног, уже не боясь показаться слабым.

 Тот тихо и торжествующе рассмеялся, прижимая голову Кхорха к груди.

 - Скажи ему, сын Улха!

 - Мы будем ждать пробуждения Иктуса, – пояснил мальчик, приоткрывая в улыбке мелкие, заостренные зубы.

 - Ты слышал? Идите к скалам, там пещера. Остаешься за главного, Илех. Позаботься о племени. Это тебе по силам. Когда придет время, слушайся во всем того, кто назовет себя жрецом Кэух, - Хэт говорил отрывисто, каждый раз переводя дыхание, будто выплевывал фразы.