— Ваше величество… При всем уважении, речь сейчас пойдет о действительно секретных вещах. Не стоит ли удалить посторонних из зала? Или, — он, очевидно, вспомнил, как я заслонила мальчишку собой, — это все же тайные агенты?
Такое предположение меня возмутило. Да, я Хранитель ключа, и еще порой меня призывают как советницу Ее величества по особо важным вопросам, но в первую очередь…
— Да шут я, шут! — я нетерпеливо вскочила с пола и тут же сделала стойку на руках, задорно звеня колокольчиками в рассыпавшейся прическе. — И безумна, как никто другой! Правда-правда, клянусь!
Тирле прикрыла губы веером, скрывая усмешку.
— Дорогая Лале, кажется, наши гости недоверчивы. Сделай милость, рассмеши их, пусть убедятся!
Я изобразила задумчивость, потирая ладонью подбородок. Стоять на одной руке было не очень удобно, но чего не сделаешь ради искусства…
— Ах, и не знаю даже… Никакие шутки в голову не приходят. Разве спеть песенку?
Послы недоуменно переглядывались. Суматоха посбила с них спесь, и теперь им было сложно вернуться к прежнему чурбанному состоянию. «Она серьезно собирается выступать?» — шепнул мальчик своему соседу-телохранителю.
О, они сомневаются? В моем ремесле?
— Мило, доставай флейту. Я буду петь!
Ученик с достоинством поклонился и выудил из рукава инструмент. Я наконец-то приняла нормальное положение, ступив ногами на твердую землю.
— Пой, Лале! — усмехнулась королева.
Дипломаты застыли. С чего бы начать? Эх, начну, пожалуй, с начала!