— Превосходно, — не скрывая удовлетворения, сказал Салмир, — я слишком стар, чтобы бегать от данвилцев, как заяц. Врага следует встречать лицом к лицу. Будем готовиться к осаде.

— Надо отправить из крепости всех женщин и детей, — вымолвил Вокил. — Толку от них здесь немного. Лишние жертвы и расход продуктов. Вален крестьян не тронет. Ведь это его подданные. Да и побоится будоражить народ казнями.

— Разумно, — согласилась Селена. — Выдайте каждой семье по одному золотому. Пусть все знают, что королева даже в момент опасности не бросает на произвол судьбы своих людей.

Хусортец поспешно удалился, чтобы сделать необходимые распоряжения.

Вскоре, утирая слезы, неся на руках младенцев и нехитрый скарб, жены воинов вышли из замка и двинулись в сторону Полуночи. У многих в близлежащих городах и деревнях были родственники, которые приютят беглецов. Выходцам из Трунсома и Корнистона придется тяжелее.

Несколько женщин ослушались приказа и все же остались в крепости — они хотели разделить участь своих мужей. Спорить с ними было бесполезно.

— Что мы еще в состоянии предпринять? — уточнила волшебница.

— Послать гонцов к Инхаму и Малиху, — проговорил гаран. — Если Ивон прав, то они скоро и сами узнают о вторжении. И все же… Надежда умирает последней. Нам нужна помощь. Может быть валвилцы…

— Нет, — жестко сказал альв. — Если жрецы хотя бы выслушают посланца, то вожди племен сразу покинут Совет. Они больше не доверяют людям. Фессалийцы не выполнили условия договора. Моя страна потеряла несколько городов. Уфтин в гневе заявил, что его нога никогда не ступит на землю Фессалии! А лесные охотники редко нарушают свои обещания.

— Я понимаю, — тяжело вздохнул трунсомец. — А потому, прошу тебя отправиться в путь. Простого лучника действительно никого не станет слушать. А вот советнику королевы отказать будет трудно.