Я взял листок из дрожащей руки Верни, сложил его и спрятал в ящик тумбочки у кровати.

- Недурно. Мы определенно обскакали полицию. Они ведь так и не докопались до этого человека. Есть ли у тебя что-нибудь еще?

- Не слишком ли много ты хочешь получить за одну ночь? Доун перевела разговор на тему о том, как она любит деньги, и остановить ее не могла никакая сила в мире.

- Тогда нам пора расходиться. На всякий случай, твой номер слева, следующий за моим.

- А каковы твои успехи? - Берни подозрительно покосился на меня. - Твои-то розыски дали хоть какие-нибудь результаты? Чем занимался ты все это время?

- Множеством дел. Тебе, однако, трудно будет сосредоточиться, поэтому отправляйся-ка спать. Поговорим утром.

- Недурная мысль. - Берни поднялся. - С удовольствием чуток сосну. Но ты не берись за дело спозаранку. Подозреваю, что у меня будет похмелье.

- Спать, спать! - сказал я и выключил свет.

***

В половине десятого утра я заглянул в номер к Берни. Он так и не нашел в себе сил раздеться и, открыв рот, спал мертвецким сном. Рассудив, что будить его нет никакого смысла, поскольку работать в таком состоянии он все равно не сможет, я тихо прикрыл за собой дверь и спустился в вестибюль. Попросив Ларсона не беспокоить Берни, я направился в гараж, вывел "бьюик" и поехал на розыски дома Джоан Никольс.

Он помещался на тихой улочке в противоположном конце города - высокое серое строение с выцветшими зелеными шторами в окнах и каменной лестницей, ведущей к парадному подъезду.

Оставив "бьюик", я поднялся по ступеням и остановился в вестибюле, рассматривая ряд почтовых ящиков, в надежде найти на одном из них имя Джоан Никольс, но не обнаружив его, я легонько постучал в дверь к привратнику.

На стук появился тучный мужчина в жилетке с погасшей сигарой в зубах. Взглянув на меня безо всякого интереса, он промычал: "Все занято", - и хотел было захлопнуть дверь, но я успел вставить носок ботинка в дверную щель.