Понимая, что услышав столь неожиданное признание, Хель от меня без подробностей не отстанет, начинаю объяснять ей нюансы нашей жизни, тщательно подбирая слова. Про то, что у нашего Повелителя порой бывают приступы черной ипохондрии, и тогда входить к нему осмеливается только мой отец — Темный Князь де*Эгардо, личный шут его Высочества. Что в Эсферато живут долго, некоторые до нескольких тысяч лет и всё что может вызвать эмоции в тысячелетней душе, ценится дороже кристаллов душ. Потом, ведь шутки тоже бывают разными… Прожить несколько тысяч лет для того, что бы твоя жизнь закончилась шуткой? Большего позора в Эсферато, пожалуй, не было. Некоторые просто из чешуи вон лезли, пытаясь не сдохнуть, когда до них доходило, что их смерть будет смешной… Некоторым это порой удавалось. Однако шутки нашего дома всегда славились безотказностью…

Поэтому, дом Изменчивых, был одним из могущественных в Эсферато. С нами конкурировали всего несколько домов — Разрушителей, Темных клинков, да и, пожалуй, дом Золотых. Но там была чистая сила и мощь. Никакого изящества. Всё это я как мог, постарался объяснить богине.

— Смерть — шутка? Однако…

— Дело в том, что у нас… — снова начал я.

— Не продолжай… Я тебя прекрасно поняла. Скажу, что твой дом — знатные умельцы, — усмехнулась Хель.

— Благодарю, Богиня, — делаю благодарственно — уважительный поклон.

— Только мне никогда и в голову не приходило, что существуют демоны, основной доблестью которых является удачная шутка.

— О, нет! Это не единственная наша доблесть. Скажем так — она одна из многих! — ответил я снова с полупоклоном, невольно копируя интонации отца.

— Не сомневаюсь, что подробности твоей жизни наверняка окажутся весьма занимательными, но, к сожалению, у нас с тобой сейчас мало времени. Впрочем, я рассчитываю услышать их при нашей следующей встрече! — после небольшой паузы с лёгкой улыбкой сказала Хель.