— Вам что-либо необходимо для осуществления ваших обязанностей?

— Если можно, провожатого от охраны?

Инспекция началась с фабричной столовой — сняв пробу почти со всех предлагаемых мастеровым блюд, Григорий немного вспотел и самую малость расслабился — не забыв напоследок поблагодарить поварих за их мастерство. Следующие три часа он ударно трудился, осматривая буквально всё, что только попадалось ему на глаза, и не забывая при этом дотошно расспрашивать своего почти добровольного экскурсовода. Выйдя из последнего оружейного цеха и пройдясь напоследок вдоль его длинной стены, он полюбовался на людской муравейник большой стройки за оградой и едва не свалился в непонятную канаву.

— Хм, и не лень же кому-то было такую ямищу копать?

— А эт не мы трудилися. Тут поперва чересчур любопытных хватало — так мы им и предлагали, на выбор: или в околоток для выяснения личности или потрудиться чуток. Пьяных разов пять ловили, среди работяг, иных всяких хватало. Зато теперя у нас опосля дождя сухо, а за забором натуральный потоп.

— Молодцы, это вы неплохо сообразили.

Тут инспектор услышал многоголосый звонкий смех, причём явно — женский, и заинтересованно стал озираться, поглядывая на окна цехов и пытаясь определить источник звука.

— Да чего там соображать-то, коли на заставе так частенько… ты чего, Григорий Дмитрич? А, понятно. Эт у нас вскоростях цех новый откроют — железяк всяких кучу завезли, баб молодых тож набрали, теперь вот осваиваются. Слыш, гогочут как гусыни?

— Чего это ты их так сурово, Василь?

— Да больно много о себе воображают, тоже мне, фифы.

— Понятно всё с тобой, хе-хе. Ну, я пока холостякую — в отличие от некоторых, так что…