— Но…

— Подумай сам. Существа, слишком лёгкие, чтобы оставить настоящие следы. Зато они оставляют тысячи и тысячи крохотных отметин, таких маленьких, что даже на ярком свету особо не разглядишь. Они пробираются в землянку через закрытую дверь, не разбудив спящего в ней человека. Думаю, это множество маленьких, лёгких, проворных существ. И, скорее всего, они жрут все, в том числе и друг друга.

Думарой позеленел.

— Друг друга жрут?

— Мы ни разу не нашли ни единого трупа. Подозреваю, они сжирают своих убитых перед тем, как уйти.

Фермер выпрямился в седле.

— Я как-то видел кино. Снятое на Земле. Про каких-то диких животных. Так там рассказывали про муравьёв-воинов. Ты думаешь, это что-то вроде них?

— Может быть. Всё сходится. Думарой покачал головой.

— На Арзоре таких тварей не водится — по крайней мере, насколько нам известно. Но давно ли мы тут живём?

Шторм прекрасно знал ответ, и Думарой тоже. С тех пор как первые три корабля высадили на Арзоре поселенцев, прошло почти сто тридцать лет. Сто тридцать лет. Шесть поколений. За это время они не узнали и десятой доли того, что стоило знать об этой планете.

Тут были свои туземцы, рождавшиеся и выраставшие в полупустынях, занимавших большую часть планеты. Каждое племя, каждый клан владели огромными территориями. На здешних бедных землях можно было прокормиться, лишь владея обширными охотничьими угодьями. Прилетевшие люди привезли с собой лошадей, и туземцы, как норби, так и нитра, устремились к ним всей душой, как жаждущий якобык — к свежей воде. Поселенцы пасли на своих ранчо стада якобыков, норби покупали, выменивали, а порой и воровали у них коней, и постепенно жизнь туземцев совершенно переменилась.

Думарой знал историю Арзора не хуже любого поселенца — то есть то, что было известно людям, а это было весьма немного. Поэтому он развернул своего коня в сторону пустыни и коротко бросил:

— Поехали уж, раз мы собираемся их преследовать!