Слуги о чем-то неслышно переговаривались, потом я услышала шепот:
– Опять!
Во дворе что-то бухнуло, грохнуло и, подскочив к окну, я увидела только яркую вспышку, взлетающую со двора в небо. Протерла глаза, но во дворе ничего не оказалось. Вот черт. Прости матушка. Но вспышка очертаниями слишком уж походила на карету. И в ней будто кто-то сидел. Вроде головой я при падении не билась. Я взъерошила и так взлохмаченные волосы и приказала слугам помочь мне выйти во двор, чтобы посидеть там с книжкой и полюбоваться на закат. Ничего странного во дворе не было, а все вокруг были послушные и предупредительные. Больной быть оказалось очень приятно. Все вокруг бегают и угождают. К следующему балу нужно б опять свалиться.
В два часа ночи все повторилось снова. Вспышка и огненная карета. Прыгая на одной ноге, я добралась до окна и выглянула. Темнота, едва ясные очертания дворовых пристроек. И конечно, никакой кареты. Родственники приедут еще не скоро, они не могли там быть. Может это была такая большая падающая звезда? Но во дворе ничего не светилось, вряд ли. Я вздрогнула. Показалось, пробежал кто-то. Сенди?
Отец, тетка и Миара приехали под утро, долго устало ходили по коридорам, умывались с дороги, нудно и аккуратно, с помощью слуг, снимали рюши, заколки, ленты, часы, драгоценности, корсеты и все, что обычно одевают на бал, чтобы показать насколько ты богат и аристократичен. Потом наконец разошлись по комнатам и все затихло. Какое же счастье, что я туда не поехала. А вот Сенди последний бы зуб отдала, только чтобы в окошко на чужое веселье поглядеть. Сенди… и почему я все время о ней думаю. Странно.