Номер, который ему было ведено набирать только в крайнем случае, долго не отвечал. Николай думал уже положить трубку, как на другом конце провода что-то затрещало, словно там включили глушитель, и он услыхал голос Генерала.
- Это Келюс, - начал Николай. - Мне...
- Ты один? - перебил тот. Лунин успел произнести лишь нечто вроде "ага", как голос в трубке вновь прервал его:
- Никуда не выходи, сейчас за тобой подъедут. И никуда больше не звони, ясно?
- Ясно, - вздохнул Келюс, но в трубке уже гудел отбой. Ждал он недолго. Вскоре в дверь позвонили, и на пороге появился старший лейтенант Алексей, на этот раз в штатском.
- Привет, Николай, - быстро проговорил он. - Собирайся, отец тебя ждет...
Николай молча пожал ему руку, зашел в кабинет, достал из ящика стола заранее приготовленную папку, а затем, проверив, не оставил ли включенным чайник, так же молча кивнул.
Во дворе их ждала машина. Шофера за рулем белой "Волги" с правительственными номерами не оказалось, и Алексей сел за руль сам.
- Ну даешь, - хмыкнул он, заводя мотор. - Что ты натворил такого, а? Отец просто вне себя, я его таким давно не видел. Только когда Украина флот потребовала, он так нервничал. Когда ты позвонил, он чуть трубку не разбил, а потом сказал, что отправит тебя лет на десять в лагеря.
- А что? - охотно откликнулся Лунин. - Пожалуй... Лагерь - это еще ничего.
- А Стелла, как услыхала, так тут же потребовала, чтобы тебя не трогали. Мол, ты хороший человек, и это сразу видно. Ну, отец и высказался!..
Вначале Келюс не понял, о ком идет речь, но потом вспомнил ушастую девицу, интересовавшуюся его планами на август.