- Да ладно уж, - махнул рукой Виктор. - Славик Арцеулов - человек необидчивый. Может, познакомитесь еще... И что дальше?

- Я спел, потом мы выпили. И тут рядом оказалась Алия. Обворожительная, я вам скажу, женщина, но что-то в ней есть такое... Она спросила, знаю ли я князя Виктора Ухтомского, то есть вас, а потом велела держаться от вас подальше, потому что вами и вашими друзьями скоро займутся. Так и сказала - займутся! Вы представляете, господа?

- Очень мило, - хмыкнул князь. - Чем я прогневил эту мадемуазель?

- Она сказала, что у вас есть очень опасный приятель, у него тоже странная фамилия... французская...

- Келюс, - тихо подсказал Ухтомский, и певец согласно кивнул:

- Да... Алия что-то еще говорила о какой-то крови. Кто-то у кого пил кровь, представляете, господа? Ужас!

- А что это Алия с вами разоткровенничалась? - недоверчиво поинтересовался Ухтомский.

- По-моему, она курит какую-то дрянь или даже колется. Вот ее и понесло. А потом к нам подошел этот капитан, отвел Алию в сторону, затем вернулся и велел мне молчать, иначе... иначе...

Звездилин умолк, пугливо поглядывая по сторонам.

- Какой-то бред! - нарушил молчание Киселев. - Но, господа, может, все-таки заявить в милицию?

- Не надо! Не надо милиции! - Певец побледнел. - Это страшные люди! Если они узнают, что я рассказал вам...

- Успокойтесь, товарищ Звездилин, - веско проговорил Ухтомский, и тот затих. - Мы благодарим вас за ваш, э-э-э, смелый поступок, но держитесь, прошу вас, с большим достоинством!

Получив очередной выговор от беспощадного штабс-капитана, певец окончательно скис.

- Это не бред, Александр Александрович, - продолжал князь, обращаясь к Киселеву. - А если и бред, то лишь отчасти.

- Да, - согласился Мик. - Спасибо за предупреждение, господин Звездилин. Александр Александрович, где тут у вас телефон?