— Эта самая блондинка доложила мне, что они вышли на особу, соответствующую описанию. То есть на тебя. Единственная проблема заключалась в том, что ты была совсем не похожа на голограмму в твоем удостоверении. Но она сказала, что хааринцы тебя любят, что ты прекрасно справляешься с работой, и те, на кого ты работаешь, так до сих пор и не могут понять, кто ты такая на самом деле. Это так на тебя похоже. — Он вынул фотографию из пластикового конверта и протянул ее Джени. — После крушения многое изменилось, правда?

Сперва Джени отвела взгляд, но затем любопытство взяло верх. Она небрежно взяла фотографию. Со снимка на нее с вызовом смотрела совсем юная девчонка.

Тогда волосы у нее были жесткими и прямыми. Стрижка немного длиннее, чем сейчас, под пажа, сглаживала выступавшие скулы. Редкая челка, густые брови, курносый нос.

Джени провела пальцем по своему прямому носу с легкой горбинкой. По крайней мере цвет волос остался прежним. Они были такими же темными и густыми, как и много лет назад. Смуглая кожа. Да и глаза… по-прежнему зеленые.

Так и есть. Только никто об этом не знает. Темные линзы, которые она носила последнее время, в сухом воздухе скиммера напомнили о себе. Джени едва удержалась, чтобы не потереть глаза, и снова взглянула на фотографию. Желтые погоны лейтенанта с крошечными серебряными буквами D контрастировали с голубым воротничком. Желтый цвет погон говорил о принадлежности к вспомогательному подразделению и был предметом постоянных колкостей и насмешек офицеров основного подразделения. У настоящих лейтенантов, как они себя называли, погоны были красными. Джени же была простым инспектором. Школа высшего офицерского состава была для нее закрыта. Единоборства тоже не для нее. Какой из нее солдат?

Джени бросила удостоверение Эвану на колени.

— Эдакая девочка-недотрога, да?

Эван подхватил фотографию, которая едва не соскользнула на пол, и заботливо стер с ее глянцевой поверхности следы, оставленные пальцами.