Кроме всего прочего. Шаг. Правой. Другой. Ле…вой. Так и есть. В левой ноге понижена чувствительность. Да и в левой руке. Недостаток чувствительности иногда затруднял быстрое движение. Но для ее работы это не имело большого значения. И вовсе я не виляю задницей — Джени взглянула на свое отражение — во всяком случае, это не так уж заметно.

Оставляя позади квартал за Кварталом, Джени шла, стараясь рассеять растущее недовольство собой. Она миновала склад, станцию долгосрочной подзарядки скиммеррв, затем трехсотметровый отрезок песков и кустарника, пока наконец не подошла к жилым домам.

Фасады одно- и двухэтажных зданий из шлакоблока с виду были обыкновенными, но внимательный наблюдатель заметил бы небольшие отличия. Немногочисленные, маленькие окна. Отсутствие дверей, выходящих на улицу. Глухие стены, обращенные к части города, населенной людьми. Люди не знают, что такое порядок, вот благочестивые идомени и отводят глаза.

Низкие тучи разверзлись, и хлынул холодный дождь. Джени набросила на голову капюшон, но прежде оглянулась по сторонам, не смотрит ли кто на нее. Члены искусственно созданной секты Хаарин, подобно своим более дисциплинированным собратьям из исторически сложившихся сект идомени, предпочитали держаться на расстоянии от своих человеческих соседей.

Кроме тех случаев, когда дела того требуют. Хаарин состоял из мелких правонарушителей и других асоциальных элементов — специально придуманная секта-свалка, куда сбрасывали мусор нормальные секты. Хотя Джени слишком хорошо понимала хааринцев, она все еще не знала точно, то ли они обосновались в человеческих колониях, чтобы досадить своему правительству, то ли потому что им действительно было по душе это соседство. В любом случае их вполне устраивали такие понятия, как гибкая система отчетности. Хааринцы занимались торговлей и не питали особого уважения к правилам и предписаниям Содружества, почти колониальным по своей строгости.