- Ваше, - кивнул Лайзард, следуя его примеру.

- Что это за дерьмо?!! - вскричал волшебник несколько секунд спустя, швыряя кубком в дрожащего гомунуклуса. - Я просил шэмрокского виноградного вина, тридцатилетней выдержки!

- Хмельная йодистая настойка с восточных водорослиевых плантаций подводного королевства, - прочел граф Лайзард этикетку на бутылке и матерно выругался.

По части ругани многоопытный Огниус Длиннобородый дал ему сто очков вперед.

IV.

Воздух был чист и свеж. Таким чистым и свежим воздух бывает только в обществе, где не знают еще про заводы, фабрики и двигатели внутреннего сгорания. В Анвасе не знали ни того, ни другого, ни третьего, так что лишь неистребимый аромат конского навоза мог покоробить ваше обоняние.

- Свежий воздух три раза в день, воздержаться от алкоголя, драк и травки, - бормотал Пипкин. - Ох... Ну, надо - значит надо. В конце-концов я надеюсь, что этот костоправ не совсем дурак. Хотя, скорее всего, дурак здесь - я сам.

Маг совершал предписанную врачом утреннюю прогулку, чтобы избавится от последствий мозготрясения. По-правде говоря поначалу чувствовал Пипкин себя довольно паршиво, но свежий воздух на самом деле помог.

Неторопливой походкой маг прошел по Главной Улице до Восточных ворот, где пара сонных стражников лузгала семечки и лениво обсуждала достоинства какой-то шлюхи с Бульвара Поэзии. Вежливо кивнув стражам порядка, которые не обратили на него никакого внимания, Пипкин повернул на север и вскоре добрался до городского парка.

Стояла поздняя осень, и листва устилала парковые дорожки. Ранняя парочка целовалась на скамейке у молчащего фонтана. Пипкин направился по аллее на запад - к маленькому парковому кафе.

Кафе называлось "Осенняя листва" и принадлежало старому-старому эльфу, который был стар уже в те времена, когда и бабуля Пипкина еще не родилась.

Совершенно неожиданно Пипкину вспомнилось детство. Шумное веселье, проказы, сладкие "снежные шарики" и первые поцелуи у того самого фонтана на той самой скамейке.