Где справедливость, спрашивается?!

Справедливость заключалась в том, что милиционера Горбушкина уличили однажды в попытке ограбить на улице пьяненького мужичка, возвращающегося домой после получки с Ленинградского металлического завода.

Широкой огласки дело не получило - руководство более всего пеклось о чести мундира. Даже из органов Горбушкина не выгнали. Влепили строгий выговор с занесением в личное дело и на очередном партсобрании отказались принять кандидатом в члены КПСС.

- Выговор - не триппер, носить можно, - сказал тогда Сева.

Но именно с тех пор служба у него не заладилась. В высшую школу так и не поступил, хотя вслед за Лозовым подавал документы три раза. Ограничился скромным дипломом ВЮЗИ - Всесоюзного юридического заочного института, причем свердловского филиала. Сам факт получения высшего образования ничего особого не давал. К примеру, уволившись из милиции, он мог бы пойти работать, в лучшем случае, юрисконсультом на завод.

Настоящей радостью стало назначение его на должность командира взвода патрульно-постовой службы.

А майор Лозовой к тому времени был уже заместителем начальника уголовного розыска Центрального района Ленинграда. Выскочка!

Гром грянул среди ясного неба, когда все того же Лозового назначили начальником отдела, в котором служил Горбушкин. Сева от зависти готов был зубами загрызть везунчика. Но поступил иначе.

…- Товарищ подполковник! Старший лейтенант милиции Горбушкин по вашему приказанию прибыл! - Доложил четко, как того требует Устав внутренней службы.

- Да ты обалдел, Сева! - всплеснул руками Лозовой, вставая из-за рабочего стола и выходя навстречу. - Мы же друзья с тобой! Или забыл?

В тот день они даже выпили по рюмке коньяку в кабинете нового начальника милиции.

«Чтоб ты подавился!» - думал Горбушкин, наблюдая за тем, как давний приятель потягивает из крохотной хрустальной рюмочки божественный ароматный напиток, закусывая его тончайшей долькой лимона с сахарным песком.