“Переодетый мент, – решил Роман. – Из начинающих. Старается”.

Вряд ли бандиты оставили бы здесь своего наблюдателя. Хотя наглость – качество беспредельное. Что ж, придется рискнуть. Колдун вошел в подъезд. Кровь на бетонном полу успели наскоро затереть, но прожилки трещин вместо обычного темно-серого цвета приобрели бурый оттенок. Роман присел и ковырнул ногтем засохшую кровь, растер между пальцами, а затем капнул на ладонь родниковой воды из фляги. Все, что он почувствовал, – это нестерпимый ужас умирающего. Своего убийцу Стеновский не знал. Роман распрямился, отряхнул ладони, и в эту минуту сзади к нему подскочил тот тощий паренек, которого он приметил в сквере.

– Ваш-ши документы! – потребовал он, налегая на буквочку “ш”.

И так рванул из рук Романа паспорт, будто надеялся увидеть там прописью имя заказчика убийства. Если бы захотел, колдун уже трижды три раза мог бы обездвижить незадачливого сыщика, но пока этого не требовалось.

– “Роман Васильевич Воробьев”, – прочел сыщик и листнул документик. – На улице Героев труда, значится, проживаете. Что-то имечко мне твое знакомо, парень… – хитро ухмыльнувшись, сообщил сыщик.

– Оно всем в городе знакомо, – отозвался Роман. – Только обычно меня называют “господин Вернон”.

– Колдун, что ли? – дошло наконец до паренька.

Роман молча кивнул. Сыщик повертел в руках паспорт уже без прежнего пренебрежения, а даже как будто с опаской и протянул колдуну.

– Так это вы тело лейтенанта Марченко на прошлой неделе в омуте нашли? – Голос его из начальственно-пренебрежительного сделался почти заискивающим.

– Я, – подтвердил Роман.

Сыщик сделал попытку ухмыльнуться, но не получилось.

– Убийцу ищете?

– Именно.

– А-а… Ну что ж, флаг вам в руки. Что-нибудь интересненькое обнаружите, нам сообщите.