Высокий мужчина с заросшим тёмной щетиной лицом и зелёными, с янтарным ободком глазами, рассеянно смотрел на то, как девочка эмм четырёх завязывает ему распустившиеся шнурки плаща.

— Помнишь? — настойчиво повторила девочка.

Мужчина наморщил лоб, потом прикрыл глаза и прижал пальцы к вискам, пытаясь сосредоточиться.

Несколько мгновений спустя зажмурился, закрыл глаза руками, словно защищаясь от болезненно яркой вспышки света, и захныкал:

— Больно!

Девочка тяжело вздохнула. Каждая попытка мужчины что-то вспомнить или запомнить теперь кончалась только так.

— Всё хорошо, — сказала она и подтолкнула его к ручью. — Умойся, тебе станет легче.

Мужчина нехотя наклонился, зачерпнул воды и тут же встряхнул руками:

— Холодная!

А потом засмеялся, следя за тем, как водяные брызги засверкали в воздухе.

— Я знаю. Но умыться надо, — твёрдо отозвалась девочка — и вдруг насторожилась, услышав чьи-то голоса.

Несколько мгновений спустя на противоположном берегу показалось двое — маленький мальчик эмм двух и женщина, которую он вёл за собой, держа за руку.

Увидев Айру, мальчик на миг испуганно застыл. Потом перевёл взгляд на мужчину, радостно хлопающему рукой по воде, и тяжело вздохнул.

— Вот здесь можно ловить рыбу, — устало сказал он женщине.

— Рыбу… Ловить…

— Удочкой. Как вчера, помнишь?

Женщина закрыла глаза и замотала головой, всхлипывая:

— Нет! Не помню! Не помню!

Мальчик вздохнул:

— Ладно, пойдём, мам.

Они медленно направились вверх по ручью, и Айра ещё долго провожала их пристальным взглядом. Потом повернулась к мужчине.

— Пошли, проверим ловушки, — позвала она его. — Консервов у нас не осталось, а поесть нам надо. Так что будем надеяться, кто-нибудь попался… И что у меня получится развести костёр, — тихо закончила она.