— Чтобы понаблюдать за нами, — ответил отец и неожиданно прижал девочку к себе другой рукой, словно стараясь оградить от неведомой опасности. — Посмотреть, не придумаем ли мы чего-нибудь, чтобы спастись. Что-нибудь такое, чего они не смогли придумать сами, понимаешь?

В руках отца было спокойно. Так спокойно, как Айра давно уже себя не ощущала. Так спокойно, что уже не было дела до ночного солнца, подходящего к самому пику.

— И вот они смотрят на нас и ждут, что же придумаем мы, чтобы спастись. И если у нас однажды получится, то они попробуют сделать то же самое, когда подойдут к концу своих ста тысяч эмм…

— Пап, ты правда думаешь, что это на самом деле кто-то с нами специально делает? Какие-то другие люди? Из другого мира?

— Не знаю, Айра. Это всего лишь версия… Одна из… Начнём копать… Ты уроки уже сделала?

— Уроки? — Айра отпрянула от отца, обеспокоенно заглядывая ему в глаза.

— Два стакана воздуха, — пробормотал мужчина, глядя мимо девочки.

— Папа, что с тобой?

— Да, поиграй, только возвращайся до заката, хорошо?

— Папа! — закричала Айра, вскакивая на ноги и тряся отца за плечи. — Папа, ты меня слышишь?

— Свет! — закричал вдруг мужчина и закрыл глаза руками. — Как больно!

Какой свет? Айра испуганно огляделась. Их окружала темнота безмолвного леса. Единственный свет, слабый и серебристый, шёл от бледного ночного солнца.

Девочка вскрикнула, увидев, что то достигло своего пика.

— Уберите! — снова закричал мужчина, накрывая голову руками. — Уберите этот свет! Слишком яркий! Уберите!

Он ещё долго кричал в темноте ночного леса. А потом затих и не слышал, как Айра плакала над ним до самого утра.

***

— Вот так. Делаешь две петли, перекрещиваешь, а потом просовываешь их в дырку посередине. Так получается и крепко, и надёжно. Я тебе вчера показывала, помнишь?