Вот что написала об этих похоронах нью-йоркская "Дейли Миррор" от 24 августа 1926 года:
"В жизни Рудольф Валентно привлекал к себе множество взволнованных, изголодавшихся по романтике людей. В смерти он собрал гигантские толпы. Руди лежал в гробу из серебра и бронзы стоимостью 10 тыс. долларов, лицо его покрывало толстое непробиваемое стекло. Толпа проявляла нетерпение и хотела увидеть его немедленно. Она ворвалась в помещение, где проходило прощание с покойным, разбив зеркальное стекло, сметая полицию, ревя, падая, крича, раздавая направо и налево удары кулаками, топча упавших. Некоторых затоптали лошади. С некоторыми приключился обморок. От 75 до 100 человек получили ранения. Но ничто не могло удержать их. Симпатичная девушка в чулках (чулки тогда были в новинку, так что не стоит удивляться этой фразе — прим. пер.) истерически рыдала и платье ее насквозь промокло от слез, а новая шляпка превратилась бог знает во что. "Я должна увидеть его! Я должно увидеть его!" — кричала она".
Прощание в Гонконге не было таким диким и отчаянным, как истерическая вспышка в Нью-Йорке. Но до этого чуть не дошло.
Помещение, в котором проходила церемония, было заполнено до предела с 9 часов утра, т. е. с самого момента открытия, хотя до начала церемонии оставался еще час. Внутри маленькой часовни — площадка примерно 18 на 12 метров — в душном летнем воздухе стояли наркотические запахи цветов, фимиама и пота. Участники церемонии и фотографы толпились и теснились перед алтарем, на котором в окружении цветов и свечей стоял портрет умершего. Со стен свисали длинные полосы прекрасного шелка, терявшиеся в толпе. У входа стояло и лежало более 500 цветочных подношений со всего мира. Рядом с веточкой, перевязанной лентой, со словами "От маленького поклонника", принесенное шестилетним мальчиком, лежал венок с надписью "Брюсу от Тинг Пей".