Доггинз резко на него посмотрел.

- И не то, и, тем более, не другое. Корбин. Он не раб, поскольку родился на свободе. И не беглый, потому что попал сюда против воли, а следовательно, имеет полное право на побег.

Корбин тускло усмехнулся.

- Не слишком ли предвзятый ответ?

- Нет, - твердо сказал Доггинз. - Предвзято звучит именно твой вопрос.

- Давайте прекратим препирательства, - нетерпеливо прервал лысый. Стоящий нынче перед коллегией вопрос предельно прост:

правомерны ли твои действия? Ты сам как ответишь: да или нет?

- Я отвечу: да.

В глазах Глорфина мелькнуло недовольство. Было видно, что ему не нравится такой тон.

- Затрудняюсь понять, чем именно ты аргументируешь свой ответ. Разве не ты повел группу слуг в город пауков?

- Я, - кивнул Доггинз.

- У тебя было на то разрешение нашей коллегии или Совета наших хозяев?

-Нет.

- В таком случае, твои действия противоправны.

Доггинз категорично покачал головой.

- Никак не могу согласиться. За два часа до того, как нам отправиться в квартал рабов, один из приближенных Хозяина возложил мне на голову длань и заявил, что отныне жуки считают меня одним из равных себе. То есть посвятил меня в почетный чин саарлеба. Из чего следует, что я имею право принимать решения, не спрашивая согласия у членов коллегии.

- Из чего следует, - встрял Пибус, - что у тебя появилось право устраивать вооруженные провокации против наших союзников?

-Никакой провокации не было, была элементарная самооборона.

- Милон и Уллик уже изложили свою точку зрения. Теперь же мы хотим выслушать и обсудить все то, что расскажешь нам ты.

Доггинз:

- Очень хорошо. Вы понимаете, что весь мой пороховой запас взлетел на воздух во время спектакля?

Небольшого роста остролицый человек прервал, спросив: