Внимательно посмотрев на удостоверение офицера, тетка за стеклом кассы ответила:

— Билетов на плацкарт нет. Осталось только купе.

— А намного дороже? — спросил слегка расстроенный Денис. (С деньгами, и правда, получилось невесело. Из части он получил хрен с маслом, и жил на деньги родителей, что не в последнюю очередь добавило необходимости быстрее покинуть отчий дом, дабы не напрягать и без того небогатых папу и маму).

— Нет, не очень.

Кассирша назвала сумму, Максимов прикинул свои возможности… Денег хватало — можно было позволить и купе.

— Ну, давайте.

С родителями он распрощался еще дома. Они проводили его до автобусной остановки, а в город, на железнодорожный вокзал он уговорил их не ездить. Сказал, что разберется со службой, вернется домой… Так что не в последний раз видятся. Они расцеловались на прощание, и родители, как-то съежившись, долго еще стояли под навесом автостанции, смотря вслед громыхающему всей своей подвеской пожилому «Икарусу».

В купе Денис оказался один. Чем ближе подходило время отправления, тем больше старлей удивлялся — в соседних купе было шумно, люди сновали туда и сюда, а к нему — никого! Но перед самым почти отправлением появился и попутчик. Мужчина в самом расцвете сил, в хорошем костюме, с дорогим кожаным портфелем, и благоухающий парфюмом.

Лицом он страшно напоминал знаменитого знатока Федора Двинятина — такое же несколько кошачье лицо, борода и очки с толстыми стеклами. Смотреть на него было весьма занимательно. «А может это он и есть?» — усмехнулся про себя Денис. Мысль была, конечно, глупой, но веселой.

Мужчина внимательно посмотрел на Максимова, широко улыбнулся, и сразу представился:

— Не люблю молчания и недомолвок. Меня зовут Черкесов Владимир Иванович.

— А я подумал — Федор Двинятин, — пошутил Денис.

— Да, я знаю, — ничуть не обиделся Владимир Иванович. — Мне все говорят, что похож на этого знаменитого знатока. Не вижу в этом ничего плохого. Федя — лицо положительное и безобидное…