Одна беда — вязальщица прекрасно понимала, что самой ей десятки кофточек ни к чему, а Энка, Меридит и тем более Хельги ничего розовенького, голубенького или желтенького не наденут под страхом смертной казни. Тогда-то она и решила вязать для новорожденной дочери Макса.

Хельги не без испуга наблюдал, как на его сундучке растет куча детских вещичек, от самых маленьких, «на первое время», до крупных — «на вырост». По его подсчетам, их должно было хватить как минимум на десятилетие. И настал день, когда Ильза заявила: «Все, пора доставлять подарки по назначению». Погрузила вещи в заплечный мешок и отправила Хельги в иной мир.

На этот раз путешествие прошло удачно. И сам не пострадал, и момент выдался подходящий. Супруги Ветлицкие сидели у себя дома, никого постороннего вроде подруг из Иркутска в квартире не было.

Довольная и благодарная Ирина разбирала мешок, не уставая восхищаться качеством шерсти, красотой вязки и оригинальностью узоров. Ильза украшала свои творения всем, что ни приходило в голову — котятами, утятами, грифончиками, единорожками, а на одном платьице даже бог-гарта изобразила, решив, что такой рисунок подходит для младенца как нельзя лучше. А Хельги тем временем разглядывал большой чемодан, распахнувший шелковую пасть посреди комнаты, и пытался угадать его предназначение. Наконец пришел к верному выводу, что это — подобие дорожного сундука, и спросил Макса:

— Вы собираетесь в путешествие?

— Мы едем в Америку, — кивнул Макс— Надо показать внучку родителям Иринки. Они работают в посольстве и пока никак не могут выбраться сами.

Хельги с неодобрением присвистнул.

— В Америку?! Ничего себе! А ты не боишься?