- Добрая женщина, это тяжеловато для ваших маленьких рук.

И со звоном он швырнул кольчугу в угол. Затем гном с наслаждением поскреб себе грудь.

Марина была уверена, что в предстоящую ночь она не сомкнет глаз. Потом она вдруг опомнилась:

- Боже мой, ужин! - И со всей возможной быстротой помчалась на кухню.

- Ну, что тут у вас такое? - пробасил Бурин, когда они расселись.

- Все, что всегда положено для студентов, посаженных в карцер. Для начала суп. Но на этот раз приготовленный мастерицей. Марина постаралась на славу.

- Судя по всему, она хорошо готовит, - ухмыльнулся Фабиан. - Ты уже не такой стройный, каким был год назад.

- Точно, - отозвался Ким, и ему удалось изобразить смущение, - но стряпня Марины этого стоит. Даже на кухне твоего отца, Фабиан, вряд ли готовят лучше.

- В таком случае ты предъявляешь высокие требования, - проворчал гном. - Я забрал нашего друга прямиком из его роскошного дома, где все очень изысканно. Еду подают в больших тарелках. Поэтому видно, что ешь.

Фабиан улыбнулся намеку. Беспомощность Бурина в обращении с вилкой и ножом была еще свежа в его памяти.

- Марина готовит на скорую руку, но так, что пальчики оближешь. Ее стряпня не хуже, чем с вашей дворцовой кухни, и для меня огромное удовольствие доказать вам это, принц Фабиан.

После этих слов Бурин и Ким поднялись со своих мест и отвесили Фабиану низкий поклон.

- Да перестаньте вы, знаете же, что я этого не люблю. Пока мой отец правит в Великом Ауреолисе, я избавлен от сидения в золотой клетке в обществе лицемерных придворных!

Стоявшая в дверях Марина чуть было не выронила котелок с дымящимся супом. Но три друга этого даже не заметили.