— Привет!

С Ёсино они не виделись полгода.

— О! Асакава, ты что ли! Каким ветром? Садись, садись! — Ёсино придвинул свободный стул.

Заросший бородой по самые глаза, Ёсино выглядит слегка пугающе, хотя на самом деле — человек исключительно душевный.

— Ну что, как? Работы-то хватает?

— Да… Есть маленько.

Раньше Ёсино работал в департаменте гуманитарных проблем вместе с Асакавой и был на три года старше его. Значит, сейчас ему тридцать пять.

— А я, понимаешь, зашел в отдел информации, а мне говорят, что ты тут… обитаешь.

— Ну-у, я-то думал, ты мне специально чего интересненького подбросишь!…

Асакава протянул копию заметки. Ёсино неожиданно долго вчитывался в нее. Вроде бы сам писал, должен и так знать, что там, а гляди: читает, прямо каждым нервом; про арахис свой любимый забыл — ко рту поднес, так и сидит. Ага, зажевал… А статью свою как будто там, в желудке у себя, медленно вместе с орехами переваривает.

— Что-то не так в статье, или… — он вдруг заговорил серьезно.

— Да нет, я просто тебя поподробнее расспросить хотел.

Ёсино поднялся с места.

— Пойдем-ка, чайку попьем…

— У тебя со временем как?…

— Да ладно, мне самому интересно.

Рядом с мэрией как раз есть приличное маленькое кафе, где кофе дают всего за 200 иен.

Ёсино уселся за столик и обернулся к стойке.

— Два кофе!

И тут же вплотную придвинулся к Асакаве и заговорил:

— Короче, такое дело. Я уже двенадцать лет вкалываю по гуманитарной части, и с чем только мне работать не приходилось! Но вот это… Знаешь, честно говоря, впервые, — он отхлебнул воды и продолжал. — Слышь, Асакава, давай, услуга за услугу, а? Ты-то какого рожна в это полез?

Раскрывать все карты пока не стоит. Асакава не слишком хотел делиться сенсацией. Ёсино — парень не промах: ему только дай — сразу же сам все и оприходует. Пришлось приврать.

— Да нет, ничего особенного. Просто племянница моя, Тиэко, с девчонкой той дружила. Вот и спрашивает, что, да как, да почему. Вот, я к тебе и…