– Дубинки у них есть, где-то мечи и щиты воруют, наловчились орудовать. Камни метко кидают.

– А едят что?

– А кто их разберет. Может, и сырое мясо. В плен они не берут, так что никто у них еще не бывал и домой не возвращался.

– И женщины у них есть?

– Может, и есть, только морды у всех одинаковые, – подумав, сказал я. – Ты вот по собачьей морде берешься определить, кобель или сучка? Я – нет.

– А я берусь, – преспокойно ответила девка. – И еще вопрос – щенят ты видел?

– Тоже не доводилось. А что, у вас за морем такие не попадаются?

– У нас за морем кое-что похуже – ночные псы, внуки Гарма. Я одного убила. Потом когти ему выдрали, сделали шесть ожерелий.

– Так много?

– Лап-то восемь.

Тут меня позвали – в строй становиться. А как девку одну оставлять? Я задержался – на дерево ее, что ли, подсадить?

– Ступай, – говорит она. – Я не боюсь. Мне же лучше – сразу вдогонку полечу.

Ну что ты с ней станешь делать?

А она села на озерный берег, пальцами до воды дотянулась – и вдруг пальцы себе облизнула.

– Хорошее у вас озеро. Не злое.

– У нас с ним уговор – если вздумает сняться и улететь, заранее предупреждает.

– Это хорошо. Послушай, скажи командиру – говорить с ним хочу.

– Ты?! С Лосем?!

Я представил себе, как передаю ему это приглашение, и поежился.

– Раз так – помоги мне до командира дойти.

Мне опять кричат – бросай девку, занимай свое место! А она в плечо вцепилась. Ну, доволок.

– Ты дурак? – спрашивает Лось.

– Сам дурак, – тут же отвечает девка, – а сейчас слушай. Каждый миг дорог. Скажи двум или трем бойцам – пусть лодки и плот в озеро выводят. Пусть веревкой связывают и оттаскивают от берега хоть на дюжину шагов. Тогда псоглавцы за ними полезут.

– Как полезут, так и вылезут, лодки-то пустые. Уходи, девка, мешаешь, – не глядя ей в лицо, буркнул Лось.