Был разгар недоброй памяти перестройки, мои товарищи уходили из чужих, пропитанных смертью и ненавистью гор, а я валялся в палате среди таких же раненых, зубоскалил с сестричками, запоем читал начавшие обильно выходить книги и пытался понять, куда же нас несет вихрь нескончаемых перемен…
А нес он явно не в ту сторону. Страна разваливалась, и где-то постоянно лилась кровь. Нас то и дело бросали исправлять просчеты политиков, а потом оказывалось, что наше появление в этих «горячих точках»— тоже просчет. Но политики оставались безгрешными, а козлами отпущения становились мы, будто появлялись там исключительно по своей инициативе.
Нет, я и сейчас готов служить России, но именно России, а не ее косноязычному президенту, который давно перестал понимать, куда он ведет страну. А тогда мы оказывались виноваты в любом случае — и исполнив приказ, и не исполнив его. Да и никто не мог мне толком объяснить, во имя чего мы должны влезать в не касающиеся нас больше дела на стороне одних своих бывших сограждан против других, тоже бывших, и кто именно определяет нужную сторону?
Короче, я ушел из армии, и нисколько об этом не жалею. Возможно, вся моя служба была ошибкой. А впрочем, теперь уже все равно…
Сделанного не исправишь, и сейчас я вспоминаю прошлое с одной лишь целью: окинуть мысленным взором дорогу, которая неожиданно завела меня сюда. Поступи я в какой-нибудь гражданский ВУЗ — и никогда бы ноги моей не было ни на «Некрасове», ни на любом другом самом распрекрасном корыте. Кем бы я ни стал, по своей воле я ни за что бы не отправился ни в какое морское путешествие.
Всем служившим знакомо то довольно неприятное ощущение перехода к цивильной жизни, когда из мира нередко нелепых, однако четких в своей категоричности команд попадаешь в мир почти полной свободы. Никто уже не говорит тебе, что надо делать, а что — нет. Все — абсолютно все! — приходится решать самому. А главное — как жить дальше? Не говоря о быте, человеку нужна еще и работа, та самая работа, которая дает средства к существованию, и которой вдруг стало катастрофически не хватать.