– Ты чего пятихатку зажал? – поинтересовался Артем у друга после ухода сторожа.

– А ему нельзя денег давать. Тут же нажрется, – с убежденностью в голосе изрек Василий, – я ему еду привожу. Из одежды, если что надо, и так по мелочам…

– Работает, значит, за еду, – поддакнул Артем понимающе, – никогда бы не догадался, что у тебя тут процветает рабовладельческий строй. Надеюсь, ты ему клеймо не поставил?

Василий обиженно скривился:

– Ты не понимаешь, я для него добро делаю. Сопьется ведь, и у меня тут все разворуют. Он же не может себя контролировать – он слабак. Так всегда. Одни контролируют, а другие не могут, и жизнь их раздавливает…

Зазвонил сотовый. Василий посмотрел на номер звонившего и переменился в лице, покраснел как рак, заорал, что его все достали, вскочил и швырнул телефон в сторону реки. Плеска не было слышно, поэтому Артем сделал заключение, что сотовый угодил в камыш, не долетев до воды.

– Сильный ход, – похвалил он Василия за решительность, – так с ними.

– Да пошел и ты вместе с ними, – взгляд Василия смотрел куда-то далеко, сквозь пространство.

– Еще по бутылочке, – предложил Артем, сбивая друга с невеселой темы. Василий послушно кивнул. Его сильно кренило на один бок. Артем велел держаться, а сам побежал на пристань и быстро достал из воды садок, в котором охлаждалось пиво. На обратном пути он успел снять немного подгоревший шашлык, вернулся к столу, бросил шампуры на блюдо, поставил бутылки и только тут заметил, что Василий отрубился. Попытался растолкать его – не удалось. Василий лишь сердито отмахивался, ругался матом и что-то бормотал себе под нос. Что именно, понять было невозможно.

– Мы его потеряли, – мысленно констатировал Артем, сдавшись. Он присел рядом с храпевшим другом, откупорил бутылку пива, отхлебнул немного и посмотрел в небо, на котором проклевывались первые звезды.

4

На остров медленно опускалась ночь.