Мама приехала часом позже. Блинчики к тому времени остыли. Мама сказала, что мои часы показывают не то. Не поняла. На моих — час дня. На ее — полдень. Я включила радо и убедилась, что права мама. Пришлось переводить стрелки и на кухонных, и на наручных часах.

Я чувствовала себя глупо. Впрочем, и остывшие блинчики были — пальчики оближешь. Потом мама уехала. А я решила почитать книгу о Сальвадоре Дали — папа прислал. Читать я решила в той самой комнатке. Там так уютно. С собой я захватила старый добротный механический будильник — не хотелось пропустить документальный фильм об Альберте Намадзиро по телевизору в половине пятого.

Когда будильник зазвенел, я отправилась в гостиную и включила телевизор. Чтобы убедиться, что вместо Намадзиро там демонстрируется фильм с Одри Хепбэрн. Посмотрела на кухонные часы 2:30 пополудни.

Ой! Я определенно просидела в той комнатке два часа. Но и кухонные часы, и телевизор твердили, что я пробыла там всего несколько минут. Или я схожу с ума, или с комнатенкой дело нечисто. Каменные стены, светильники без выключателей. Решила проверить. Снова взяла свой механический будильник и поставила на ящик перед комнатой. Потом сверила его с наручными часами и зашла в комнату. Обернулась. Будильник остановился. Подождала десять минут. Стоит. Вышла из комнаты. В тот же момент секундная стрелка на будильнике двинулась. Я повторила эксперимент несколько раз. Результат такой же. Вывод напросился только один: если я не сплю, то в моем доме объявилась машина времени.

Воскресенье, 25 сентября

Все время думаю о комнате. Проверила еще раз утром, Работает.