"Боже мой", - прошептал Ричард, тяжело опускаясь на стул. Две недели назад произошел несчастный случай, в котором погибли его брат, жена брата и их сын. Они возвращались из поездки на выходные дни. Роджер был пьян. Это было обычным состоянием для Роджера Хэгстрома. Но на этот раз счастье изменило ему, и он съехал на своем старом грязном автомобильном фургоне с края девяностофутового обрыва. Фургон разбился вдребезги, а обломки сгорели. Джону было четырнадцать - нет, пятнадцать. Как раз исполнилось пятнадцать за два дня до несчастного случая. Так сказал старик. Через три года он освободился бы от этого неуклюжего, тупого медведя. Его день рождения... скоро будет и мой.

Через неделю. Компьютер был подарком Джона на его день рождения.

В чем-то это делало сложившуюся ситуацию еще хуже. Ричард не мог точно сказать, в чем и почему, но это было действительно так. Он протянул руку, чтобы выключить компьютер, но, помедлив, не стал этого делать.

Один мальчик сделал атомную бомбу из двух консервных банок и пятидолларового электрооборудования, собранного из автомобильных запчастей.

Да, а еще в нью-йоркской канализации полно аллигаторов, а на базе военно- воздушных сил США где-то в Небраске хранится замурованный в лед инопланетянин. Знаем мы эти рассказы. Все это дерьмовое вранье. Но, может быть, мне и не хотелось бы быть в этом уверенным на все сто процентов.

Он обошел компьютер и заглянул внутрь через вентиляционные щели на задней панели. Все было, как рассказывал Нордофф. Провода со штампом "Рэйдио Шек. Сделано в Тайване". Со штампами "Уэстерн Электрик" и "Уэстрекс". И он увидел еще одну штуку, которую Нордофф не заметил или намеренно не упомянул. Там был трансформатор от детской железной дороги, увитый проводами, как невеста Франкенштейна.

"Боже мой", - произнес он, засмеявшись и едва не расплакавшись. "Боже мой, Джонни, для чего же ты собирал эту штуку?"

Но и это было ему известно.