— Ах, умер? — насмешливо отозвался невидимый за дверью стражник. — И какой же негодяй задушил его?

Бородач нервно передернул плечами.

— Никто его не трогал, — поспешно проговорил он. — Просто он был совсем уж доходяга. Болел долго, вы же знаете!

— Хоть бы вы все сдохли вместе с ним! — раздраженно пробормотал стражник. — А откуда я знаю, что вы не пытаетесь заморочить мне голову?

Заключенные переглянулись, и по камере пронесся легкий гул недовольства. Горбоносый Рудо быстро шагнул к двери и оттолкнул в сторону бородача.

— Господин начальник, можете сами убедиться…

Он подошел к неподвижному телу, занес назад ногу в котурне и точно рассчитанным движением нанес удар в бок несчастного Столпы, так что тот откатился по скользкому полу на расстояние вытянутой руки.

— Мучения Столпы окончились, господин начальник, — Рудо повернулся к двери и слегка склонил голову. — А наши только начинаются. Так вы возьмете его? Очень просим.

В подземном каземате воцарилось гробовое молчание. Заключенные затаили дыхание, застыв, как камни. За дверью послышались приглушенные голоса, затем стражник рявкнул через глазок:

— Ладно. Но вынесете вы его сами. И только двое из вас, не больше. Ты, Фалмар и…

— Я! — торопливо крикнул Рудо и тут же склонился над Столпой. Бородатый Фалмар подхватил тело с другой стороны и они направились к двери.

Раздался глухой скрежет отодвигаемого засова, и заключенные нервно зашевелились.

Тяжелая дверная панель подалась внутрь.

— Ну, пошли! Да поживее! — Резко скомандовал появившийся и дверном проеме человек в бронзовом шлеме и красном мундире городской гвардии. Подняв арбалет и держа узников на прицеле, гвардеец жестом велел арестантам выходить. Те послушно двинулись вперед вместе со своей ношей. Второй тюремщик ухватился за скобу засова, намереваясь немедленно захлопнуть дверь.