Щеки Тарамис вспыхнули, гнев возобладал над королевским достоинством.

- Ты змея! - крикнула она.

Саломея усмехнулась и продолжала:

- Они, конечно, удивились, но впустили меня без слова. Точно так же я прошла во дворец и приказала стражникам, стерегущим Констанция, удалиться. Потом пришла сюда, а по дороге успокоила твою служанку...

Тарамис побледнела и спросила дрожащим голосом:

- Слушай! - Саломея гордо откинула голову и показала на окно. Сквозь толстые стекла все же доносилась поступь отрядов, лязг оружия и доспехов. Приглушенные голоса отдавали команды на чужом языке, сигналы тревоги мешались с испуганными криками.

- Люди проснулись и немало удивились, - ядовито сказал Констанций. Неплохо бы, Саломея, пойти успокоить их.

- Отныне зови меня Тарамис, - ответила ведьма. - Нам нужно привыкать к этому...

- Что вы сделали? - закричала королева. - Что вы еще сделали?

- Ах, я совсем забыла тебе сказать, что приказала страже отпереть ворота. Они удивились, но не ослушались. И вот армия Сокола входит в город!

- Дьявольское отродье! - воскликнула Тарамис. - Ты воспользовалась нашим сходством и обманула людей! О Иштар! Мой народ сочтет меня предательницей! О, я выйду сейчас к ним...

С ледяным смехом Саломея схватила ее за руки и толкнула назад. Молодое и крепкое тело королевы оказалось беспомощным против тоненьких рук Саломеи, наполненных нелюдской силой.

- Констанций, тебе знакома дорога из дворца в подземелье? - спросила ведьма и, видя, что Констанций согласно кивнул, продолжала:

- Вот и хорошо. Возьми эту самозванку и запрячь в самую глубокую темницу. Стража там усыплена зельем - я позаботилась об этом. Пока они не очнулись, пошли кого-нибудь перерезать им глотки. Никто не должен знать, что произошло нынче ночью. Отныне я Тарамис, а она - безымянная, забытая богами и людьми узница подземелья.