Вы, конечно, можете поступать с ними, как знаете. Основываясь на этих снимках, я поставил следующий диагноз: переломы позвоночника, костей таза, левого предплечья и бедра, а также двух ребер, разрыв капсулы печени и проникающая рана эпигастрия. Когда вы посмотрите пленки, вы сможете проверить мой диагноз.-- Врач махнул рукой в сторону прикрепленных к просмотровой доске снимков.-- Но вот эти фотографии,-- Траусти потряс лентой, которую держал в руках,-- на них видно нечто... простите, я могу ошибаться... нечто довольно... необычное. Это снимки малого таза.

Лейф вырвал пленку из дрожащих пальцев Траусти. Одного взгляда на просвет ему хватило, чтобы понять, о чем говорил врач. За задним сводом влагалища, в том месте, где оно соединяется с шейкой матки, виднелось некое вытянутое изогнутое тело.

--Опухоль, наверное,-- бросил Лейф, засовывая пленку в карман.-- Что бы это не было, оно подождет, пока жизнь госпожи Даннто не окажется вне опасности.

Он понятия не имел, доброкачественная это опухоль, раковая, или вообще не опухоль. Но любопытство Траусти следовало унять любой ценой.

Молодой врач трясущейся рукой подал второй снимок.

--Это фронтальный срез передней части головы.

Лейф поднес снимок к свету... и чуть не уронил.

Рентгеновскими эти снимки назывались по традиции. На самом деле изображение давали отраженные от внутренних органов ультразвуковые волны -- проникающие на заданную глубину. Траусти обратил внимание на один из серии вертикальных срезов, разделенных миллиметровыми слоями ткани. Картина была предельно ясной. От лобной кости внутрь через dura mater* шли два нервных ствола, теряющихся в ткани лобных долей мозга.

* Твердая мозговая оболочка.

Ничего подобного Лейф раньше не видел. Потому что никаких нервов тут быть не должно.

Стараясь ничем не выдать внутреннего потрясения, Лейф отправил в карман и второй снимок.