Спорить могу, что Боб сейчас там, подумал он. И не в первый – и даже не в тысячный – раз он задумался, как мог его сын выбрать такую отвратительную тупиковую профессию.

Иногда по вечерам проходила совместная трапеза: Элис, Роберт и Мири. Элис явно нравилось готовить, хотя сегодня у нее был такой вид, будто она не спала пару ночей.

Роберт слонялся возле кухни, глядя, как мать с дочерью вынимают из холодильника подносы.

– Мы такое называли «ужин из телевизора», – заметил он. На самом деле все это имело вид и структуру деликатесов.

Для Роберта, впрочем, на вкус все напоминало месиво, но Рид сказал, что просто у него вкусовые сосочки на девяносто пять процентов мертвы.

Мири приостановилась – это с ней часто бывало, когда Роберт говорил что-нибудь такое, чего она раньше не слышала. Но ответ, как всегда, был полон уверенности:

– Ну, это куда лучше, чем мусорная еда по рецептам из телевизора. Тут можно смешивать и сопоставлять разные части. – Она показала на немаркированные контейнеры, шипящие в… в общем, это выглядело как микроволновка. – Смотри, у меня получилось мороженое, а у Элис… воздушное черничное желе. Bay, Элис!

Элис слегка улыбнулась:

– Я поделюсь. Ладно, понесли в столовую.

Нести пришлось втроем, зато второго рейса не понадобилось. Еду поставили на длинный обеденный стол. Камчатная скатерть с затейливым узором казалась каждый вечер другой, но сам стол был знакомый, тоже из прошлой жизни. Присутствие Лены по-прежнему ощущалось повсюду.

Роберт сел рядом с Мири.

– Знаешь, – сказал он, просто чтобы выяснить ее реакцию, – мне все это кажется слегка примитивным. Где слуги-роботы – или хотя бы просто автоматические руки, которые поставили бы телевизионный ужин в микроволновку, а потом вынули бы?