Это были ангелы. А потом Он сотворил людей. Даже в то время люди казались неуклюжими и нелепыми по сравнению с ангелами. Но Бог сказал, что человек будет владычествовать над миром и что он выше ангелов. Потому что у него, у человека, очень серьезное предназначение в Его замысле. Но некоторым ангелам это очень не понравилось, они отвернулись от Бога, потеряли свой свет, превратились в бесов. А один из них, который прежде был самым светлым, сказал: „Я главный“. Но тут пришел архангел Михаил и спросил: „Кто это тут у нас главный?“ — и быстренько навел порядок. И большинство ангелов остались верны Богу, который дал им возможность самим совершить выбор. И приняли Его волю, и согласились, что человек главнее их. И даже когда человек тоже упал, как ангелы, ставшие бесами, — ты сама видишь, во что превратились и выродились люди — страшные мы существа, согласись, — легкокрылые светлые прекрасные ангелы по-прежнему продолжают хранить верность повелению Бога, а некоторые из них становятся нашими Хранителями. И только тем и занимаются, что спасают нас, когда мы пьем, блудим, совершаем подлости, убиваем, воруем. И все равно не считают себя выше нас. Где тут, дорогая моя, справедливость? Сиди уж и молчи о том, чего не понимаешь. Проси о помощи своего Ангела — должен он быть и у тебя». Дальше я заверил ее, что со своей стороны сделаю все возможное, чтобы конкурс не состоялся, но сказал, что «корпоративная машина намного сильнее меня и моих друзей и рассчитывать на многое не приходится. Единственное, что я уверен — ей лично гибель не грозит. Первый поток голосов — фанатов Валентинова — схлынет. Отделается Цыпочка легким испугом. И уж ничем она не может быть передо мной виновата. Мы с ней абсолютно незнакомые люди». Письмом своим я был недоволен. Слишком сухое, строгое, но я вовсе не желал, чтобы девчонка валялась в истериках и писала мне через каждые полчаса о своих переживаниях. Сочувствие сочувствием, но у меня и других дел навалом. А заниматься Цыпочкой мне, похоже, еще придется…