
Информация была слишком противоречивой. Я был на стороне Бога, но я не знал, на чьей стороне Он Сам. Меня мучила проблема выбора. Я знал, что эта проблема беспокоит и отца Иллариона, и дьякона Сергия, и благочинного, и викария, и митрополита, и никто нам не мог подсказать, что же нам делать.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Исцелитель был опытным дьяволопоклонником. На счету его обособившейся от основной ветви сатанизма группы числилось несколько десятков нападений на христиан. С той поры, как Министерство Юстиции внесло поправку в порядок регистрации религиозных организаций и легализовало деятельность деструктивных культов (за что следовало поблагодарить новый Закон о свободе совести), сатанисты и неоязыки совсем озверели. На убийство они решались редко, а вот избиения, пытки и запугивания использовали на каждом шагу. Сама верхушка руки в крови марала редко, грязную работу за нее выполняли молодые бритые отморозки в кожанках с тремя выжженными шестерками на лбу. Они выслеживали возвращающегося из храма христианина, затаскивали его на пустырь или в подвал, зверски избивали, требуя отречься от Христа, заставляли проглотить нательный крест, выжигали на лбу клеймо с шестерками. В нашем храме мы несколько месяцев назад собирали деньги на лечение и пластическую операцию одного прихожанина, оказавшегося жертвой Исцелителя. До конца бедолага так и не оправился — ходил в церковь с трясущимися руками и головой.
