— Я ни в коей мере не покушаюсь на ваши законные привилегии, господин Антич. Вы можете продавать своих рабов где угодно и кому угодно, однако сначала заплатите ввозную пошлину.

— Но указ императора…

— А причём здесь указ императора? В нём ведь ничего не говорится о пошлине. Но коль скоро наш мудрейший император объявил чернолюдов товаром, то за их ввоз надлежит платить пошлину, размер которой я вправе устанавливать по своему усмотрению.

— Сто золотых?!

— Вот именно. Сто золотых за каждого раба, независимо от возраста и пола.

Пал Антич всплеснул руками:

— Что вы делаете, ваша светлость?! Опомнитесь! Кто же купит у меня этих чёрных свиней, если они будут стоить свыше ста золотых за голову?

— Это ваша забота. Но сначала вы должны внести в мою казну… Кстати, сколько у вас чернолюдов?

— С-сорок с-семь, — заикаясь, пробормотал работорговец.

— Значит вы должны заплатить пошлину в размере четырёх тысяч семисот золотых.

— О Боже! — выдохнул Пал Антич. — Это же целое состояние! Где я возьму такие деньги?

— Опять же, это ваша забота, — безразлично пожал плечами Стэн. — Либо платите пошлину, либо убирайтесь прочь из Мышковича. К вашему сведению, недавно я, как воевода Гаалосага, своим указом установил обязательный для всех портов нашей земли минимальный размер пошлины на рабов в семьдесят золотых. Так что советую вам попытать счастья в Ибрии, если не хотите плыть со своим товаром аж в Северное Поморье. Или же поворачивайте обратно и попытайтесь проникнуть через Тегинский пролив в Срединное море. Насколько мне известно, во Влохии есть спрос на чернолюдов.

— В Ибрии полно рабов-маури, — запричитал купец. — Я не окуплю там своих затрат. В северных водах эти скоты подохнут от холода, а в Тегинском проливе спасу нет от маурийских пиратов — и вы это прекрасно знаете! Вы душите мою торговлю, государь…