По мере того как майор говорил, лицо Жорика вытягивалось, а глаза округлялись. Он уже понял к чему клонит следователь, однако спросил:

― А я-то тут причем?

― Как причем?! ― удивился Ковалев. ― Ты главарь той банды, который три дня назад ворвался в один из кабинетов кафе и уничтожил своих приятелей. Баллистическая экспертиза установила, что они были убиты из оружия, найденного у тебя в сумке. Кроме того, при грабежах, банда убивала своих жертв из этого же автомата.

Привольнов сидел как громом пораженный.

― Что за чушь?! ― выдавил он, наконец. ― Зачем главарю банды убивать своих товарищей?

Майор решил, что Жорик у него в руках и позволил себе снисходительный тон.

― Как зачем? Ты почувствовал, что мы наступаем тебе на пятки и избавился от свидетелей. Это ж дураку ясно. Так ты признаешь свою вину?

Привольнов искренне возмутился:

― Да вы что, мужики, вы же меня под вышку подводите! Конечно же, я ни в чем не признаюсь!

Следователь несколько мгновений сидел с недовольным видом, барабаня пальцами по столу, потом произнес:

― Хорошо, тогда будем говорить по-другому. Попробуем провести опознание. ― Майор резко встал и вышел за дверь.

Привольнов остался в компании двух конвоиров и капитана Лысенко. Конвоиры скучали, развалившись на стульях; сидевший за соседним столом капитан с задумчивым видом изучал лицо Привольнова.

― Ты бы не артачился, Георгий, ― в конце концов мягко заговорил он. ― Совершил преступление, сумей ответить за него.

Жорик активно воспротивился.

― Мне не за что отвечать, товарищ капитан. Я ни в чем не виноват.

Лысенко вместе со стулом пододвинулся к Привольнову.

― Ладно, ладно, Жорик, не дури, ― капитан был само доброжелательство. ― Сознайся. Оформить тебе явку с повинной мы не сможем, поскольку тебя ОМОН брал, а вот чистосердечное признание и помощь на суде я тебе гарантирую. Получишь минимальный срок.