Рассольников покосился на Вайта и увидел, что у того мыслящий орган находится и вовсе на весу. - Эй, сэр Теплер, поднимите подголовник, а то вам на старте мозги оторвет. - Не поднимается, сэр Платон, - пожаловался миллионер. - Как это не поднимается?! - Атлантида вскочил, нажал на регулировочный рычаг соседнего кресла. И правда - все регулировки находились в максимальном положении. Ну не рассчитывали олимские конструкторы сидения на таких рослых космонавтов! - Эй, кто тут командир?! - выпрямился археолог. - Сделайте что-нибудь! А то ваш богатый пассажир старта не переживет. - Пи! Пи! - самый рогатый из олимов громко запищал, размахивая копытцами. - Четыре минуты до начала разгона, - любезно перевел полилингвист. - Четыре? - археолог метнулся к своему креслу, сел и торопливо пристегнул ремни. - Пи-пи пи, пи!!! - на все голоса пищали члены команды. - Прощайте, сэр Теплер, - участливо кивнул Атлантида. Но тут один из олимов вскочил со своего кресла, подскочил к шкафчику, распахнул дверцу, рывком сорвал ее с петель, подбежал к Вайту, подсунул ее миллионеру под спину, так что часть дверцы выступала над слишком коротким подголовником и метнулся назад, за пульт. - Неудобно, - заворочался толстяк, - Спину режет. - Пи-и-и-и!!! - завопил в этот миг рогатый, мониторы полыхнули оранжевым и щеки Вайта мгновенно сползли на затылок. Полет начался. Ускорение продолжалось двенадцать минут при четырех "g". За это время у Атлантиды совершенно занемел затылок, а у Теплера сползли к спинке не только щеки, но и все остальные рыхлости тела, отчего спереди он стал походить на олимпийского атлета. Правда бодрости спортивная внешность ему отнюдь не добавила. После окончания разгона, перехода в режим растянутого дискретного перехода и включения искусственной гравитации, миллионер даже не шелохнулся. - Как вы себя чувствуете, сэр? - Атлантида расстегнул ремни и подошел к напарнику. - Спасибо, сэр, очень плохо,- простонал в ответ Вайт. - Вы не поможете мне встать? - Ничего не поделаешь, сэр Теплер, - протянул руку Рассольников.