Открывшаяся глазам картина неизменно подстегивала его воображение. Он забыл о световоде: ему казалось, что он стоит в огромном зале из зеленого стекла.

Прямо перед собой он видел металлическую конструкцию корабля. В воздухе проплывали стальные балки, к концу которых были прикреплены членистые руки манипуляторов, крючья, инструменты. Повинуясь малейшим движениям его рук, они подавали новые детали, крепили их, создавая полное впечатление работы настоящего сборочного цеха.

Легкий шум заставил его оторваться от окуляров, сказочная картина уступила место виду постылой кабины и бесполезного пульта. Шум доносился из кукольного домика, прислоненного к центральному экрану.

Дверь его отворилась, показалась острая мордашка, а затем появился и сам Зверек.

На него нельзя было смотреть без улыбки. Зверек был крошечным, не больше пальца, но держался всегда с уморительной серьезностью. Вот и теперь он с достоинством прогулялся по пульту, а потом улегся на спину и раскинул лапки. Зверек не закрыл за собой дверь, и Космонавт с любопытством заглянул внутрь домика. Там мелькали какие-то тени, вспыхивали голубоватые огоньки, в прозрачном сосуде пузырилась какая-то жидкость.

Он снова задал себе вопрос, над которым ломал голову в течение многих месяцев: был ли Зверек разумным существом, или просто копировал поведение человека, и потому его действия имели зачастую случайный и потому непонятный результат. Но и теперь он не смог найти ответ. Все попытки установить с Зверьком контакт закончились неудачей. Или он был лишен разума, или… Впрочем, как знать, может, взаимопонимание между ними в принципе было невозможно.

Космонавт не знал даже того, как Зверек оказался на борту звездолета. Обнаружил он его совершенно случайно после очередной посадки на практически безжизненную планету. Каким-то образом сумевшее пробраться на корабль существо встретило его, устроившись на пульте и моргая черными бисеринками глазок.