Тайер прикрыла рот болтающимся лоскутом скафандра, чтобы уберечь легкие от стеклянной взвеси, заполнившей помещение, и снова посмотрела на Кэкса.

Он лежал, зажмурившись, и из-под его плотно сжатых век текла кровь. Единственный из аналитиков, на ком не было шлема, он заслонил собой Тайер от смерча битого стекла и горящего фосфора.

— Медицинская часть, медицинская часть, — прохрипела Тайер, морщась от боли. Ее горло было исколото мелкими частичками стекла. — Нам нужна серьезная врачебная помощь. Говорит аналитический отдел номер один, палуба четырнадцать.

Она услышала приглушенные голоса членов экипажа. Другие отсеки корабля тоже просили о медицинской помощи.

Руководитель группы аналитиков К экс приподнял окровавленную руку, сжал лодыжку Тайер, закашлялся. Она опустилась на колени рядом с ним.

— Не пытайтесь говорить, сэр, — попросила она.

— Мониторы, Тайер. Продолжай следить, — выдавил он.

Тайер оглянулась, обвела взглядом товарищей и поняла, что «Рысь» продолжает бой. В отсутствие Кэкса командование группой должна была взять на себя она. От мастера-пилота Маркса поступали поистине бесценные данные, а сам он был слишком сильно сосредоточен на пилотировании дронов, чтобы иметь возможность сделать выводы о тактическом значении того, что видел.

— Роджерс, попробуй помочь руководителю, — распорядилась Тайер. — Остальные — по местам и за работу.

Еще не окончательно оправившиеся от шока, ее товарищи послушно выполнили приказ. Тайер вернулась к своему креслу, села, машинально проверила замки порванных ремней и погрузилась в созерцание поля вторичного зрения. Она пошевелила окровавленными пальцами, и перед ней снова возникло изображение, передаваемое дроном-"разведчиком".

Мастер-пилот Маркс находился под обстрелом.

Маркс обнаружил, что он еще жив.