– Просто не знаю, что вам и сказать, – произнесла я. – По правде говоря, мистер Фрейзер, я сама не своя.

– Ну, это понятно. Четверть миллиона на дороге не валяются.

– Дело даже не в деньгах, – сказала я, – а в том, каким образом они мне достаются. Мистер Фрейзер, я никогда не была богата, и, поскольку замуж не вышла, мне всегда приходилось, самой о себе заботиться. Но я хороший секретарь, толковый работник и распоряжалась своими деньгами, я бы сказала, мудро и экономно. Четверть миллиона, как вы говорите, это куча денег, но мне не нужна куча денег. Я бы предпочла, чтобы мистер Каннингэм остался жив.

– Ну, разумеется, – кивал он, и было видно, что он верит каждому моему слову. Я двинулась дальше.

– И эти деньги, – продолжила я, – несомненно, должны были отойти его жене. Просто не могу поверить, что мистер Каннингэм способен на такую жестокость.

– Ну, возможно, он впоследствии изменил бы свое мнение, поостыв, – предположил Фрейзер. – Он ведь принял решение всего за три недели до.., до того, как покинул нас.

– Упокой, Господи, его душу.

– Еще один вопрос, мисс Уилсон, – сказал он, – и я вас оставлю в покое.

– Да ради Бога, мистер Фрейзер.

– Насчет мистера Роша – бывшего партнера Каннингэма. Кажется, он куда-то переехал, и мы не можем его найти. У вас нет его нового адреса?

– Нет. Мистер Рош оставил дело еще до моего приема на работу. Фактически мистер Каннингэм нанял меня потому, что мистер Рош ушел и возникла необходимость иметь постоянного секретаря в офисе.

– Понятно. Ну что ж. – Фрейзер затолкал свои вещи в портфель и поднялся, и тут прозвенел звонок.

– Простите, – сказала я, пошла в прихожую и открыла дверь.

Она ворвалась ко мне, словно ураган, отталкивая меня и крича:

– Где она? Где эта шлюха?

Я проследовала за ней в гостиную, где Фрейзер в изумлении взирал на женщину, продолжавшую требовательно вопрошать, где она.