— По нашим меркам, куколка, они были настоящие психи, — ответил он. — Но, с другой стороны, в те времена не было никого, кто мог бы применить к ним эти мерки!

— Как и отдела душевного здоровья, который мог бы подвергнуть их принудительному лечению, — добавила Пота, и ее тонкое, узкое лицо расплылось в лукавой улыбке. — Помни, моя любопытная цыпочка, что отнюдь не они оказали наибольшее влияние на Александра. В основном им занимались наставники, главным из которых был, конечно же, Аристотель, и слуги. Лично я думаю, что он добился успеха вопреки своим родителям, а не благодаря им.

Тия кивнула с умным видом.

— Можно, я сегодня буду помогать вам на раскопе? — с надеждой спросила она. В том, что ее родители взялись изучать именно эскайцев, были свои плюсы, и это был едва ли не главный из них. На планете почти отсутствовала атмосфера, а значит, и местные формы жизни, которых следовало опасаться. Обращаться со скафандром Тия научилась еще лет в пять, так что ничто не мешало ей пойти на раскоп или даже отправиться гулять одной — разумеется, не дальше определенного расстояния. Брэддон называл эту планету «самой большой песочницей во Вселенной», так что родители не имели ничего против того, чтобы Тия выходила наружу — главное, чтобы она оставалась в их поле зрения.

— Только не сегодня, лапочка! — сказала Пота извиняющимся тоном. — Мы нашли кое-какие стеклянные изделия и теперь делаем голоснимки. Как только мы с этим управимся, мы изготовим слепки, и после этого ты уже сможешь пойти с нами и помогать.

В здешней холодной и разреженной атмосфере делать слепки было весьма непросто — чуть ли не половина их получалась бракованными. Но артефакт нельзя перемещать, пока не будут изготовлены слепки и пока он не будет заснят в нескольких проекциях — слишком часто артефакты, будучи сдвинуты с места, просто рассыпались в пыль, как бы бережно с ними ни обращались.